Эксперты о перспективах поставок туркменского газа на экспорт
Колонка редактора

Эксперты о перспективах поставок туркменского газа на экспорт

Перспективы развития трубопроводной архитектуры Каспийского региона продолжают оставаться в центре внимания представителей российского и зарубежного экспертного сообщества. На прошедшей неделе опубликованы два интересных материала о двух наиболее известных проектах транспортировки туркменского газа на внешние рынки.

Обозреватель отдела политики стран ближнего зарубежья «Независимой газеты» Виктория Панфилова в своей статье «Кабул заработает на транзите газа миллиард долларов в год» характеризует перспективы строительства магистрального газопровода TAPI (Туркменистан–Афганистан–Пакистан–Индия), а Роберт М. Катлер — старший сотрудник Института европейских, российских и евразийских исследований Карлтонского университета (Канада) оценивает перспективы строительства Транскаспийского газопровода в статье под названием «Давление США может оживить надежды Ашгабата на экспорт газа».

Виктория Панфилова, в частности, пишет, что Туркменистан начал подготовку к официальному старту второго этапа строительства магистрального газопровода TAPI (Туркменистан–Афганистан–Пакистан–Индия). Церемония, посвященная началу прокладки афганского участка TAPI, запланирована через месяц на туркменско-афганской границе. Приглашения принять в ней участие посланы главам стран – участниц проекта, а также представителям государств, которые могут помочь в строительстве трубопровода. Речь о Саудовской Аравии, изъявившей желание инвестировать проект, и России, рассматривающей возможность своего участия в TAPI.

Несмотря на то, что торжественная церемония начала реализации проекта TAPI состоялась в декабре 2015 года в туркменском городе Мары, автор справедливо отмечает, что строительство трубопровода затягивается по причине тяжелого финансового положения в туркменской экономике, а также высоких рисков доставки туркменского газа по территории Афганистана. В прошлом году на севере Афганистана, на территориях проживания туркменских племен, шли активные боевые действия между боевиками ИГ, талибами и местным населением. Однако, по мнению опрошенного автором эксперта — директора Центра исследований проблем Центральной Азии и Афганистана МГИМО Андрея Казанцева, прошлогодняя ситуация была создана искусственно за счёт вливания денег из Катара, который у себя построил заводы по сжижению газа и был заинтересован в том, чтобы никаких альтернативных проектов в Индийском океане не было. По мнению Казанцева, Катару выгодно, чтобы туркменский газ экспортировался в Европу, а не на азиатские рынки. Но сегодня Катар ослаб из-за противостояния с Саудовской Аравией и вряд ли способен навязывать свои сценарии. Поэтому фактор безопасности в настоящее время не имеет решающего значения при реализации проекта TAPI в Афганистане, в отличие от финансового.

Именно поэтому руководство Туркменистана предпринимает меры по поиску финансовой поддержки проекта со стороны весомых политических игроков. Так в конце прошлого года Гурбангулы Бердымухамедов в телефонной беседе с Владимиром Путиным пригласил Россию участвовать в проекте ТАПИ и, по всей видимости, успешно. Так, министр иностранных дел РФ Сергей Лавров на заседании Совета Безопасности ООН в Нью-Йорке отметил, что РФ «открыта для многостороннего сотрудничества по реализации крупных экономических и инфраструктурных проектов», включая проекты газопровода TAPI и энергомоста Центральная Азия – Южная Азия (CASA-1000).

Кроме этого, в настоящее время Ашхабаду уже удалось заручиться поддержкой проекта со стороны Саудовской Аравии. Так, вице-премьер туркменского правительства, курирующий сферу ТЭК, Максат Бабаев на заседании правительства в конце минувшей недели сообщил, что «Саудовская Аравия направляет значительные средства на реализацию проекта ТАPI».

В числе традиционных сторонников TAPI Виктория Панфилова ожидаемо называет и США. Однако для Вашингтона нужен не трубопровод сам по себе, а реализация проекта «Большая Центральная Азия» с участием Туркменистана и Узбекистана. Именно США склонили Пакистан к импорту туркменского газа на фоне наращивания поставок газа из Катара и реализации иранского проекта «Мир», сдача которого в эксплуатацию затягивается. Автор не исключает, что TAPI является также и частью проекта США по созданию единой центральноазиатской энергосистемы.

Еще одному амбициозному проекту Туркменистана – Транскаспийскому газопроводу, посвящена статья Роберта М. Катлера, перевод которой опубликовало «Радио Азаттык».

Автор заявляет, что после десятилетнего отсутствия американская дипломатия вернулась в энергетическую игру Каспийского моря. Это происходит по мере того, как устраняется преграда, которая мешала центральноазиатскому газу выйти на европейские рынки. При этом, экспорт в Европу возможен через проект Транскаспийского газопровода (ТКГ) и трубопровод «Белый поток» по дну Черного моря.

В качестве основной причины подобных изменений в стратегии США Катлер называет результаты встречи глав МИД прикаспийских стран в декабре 2017 года, по результатам которой министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что между пятью прибрежными государствами достигнута договоренность по тексту конвенции о правовом статусе Каспийского моря, а заместитель министра иностранных дел Азербайджана Халаф Халафов отметил, что в проекте конвенции отражены «права на прокладку трубопроводов» и что «те страны, через которые пройдут [трубопроводы]» будут «координировать этот вопрос».

По мнению автора, Транскаспийский газопровод имеет стратегическое значение для Европейского союза, заинтересованного снизить свою зависимость от поставок российского газа, доля которого от всего импорта «голубого» топлива в ЕС сможет составить до 40 процентов к 2030-м годам.

Несмотря на то, что юридические препятствия для строительства Транскаспийского газопровода в ближайшей перспективе могут быть устранены, автор обоснованно считает, что для реализации проекта нужно расширить мощности возводимого в настоящее время Южного газового коридора (ЮГК). Планирующиеся мощности ЮГК не рассчитаны на поставку дополнительных объемов газа с туркменского берега. Поэтому у Ашхабада пока нет особого желания экспортировать газ по первой нитке TКГ, в отсутствии решения о строительстве второй нитки ЮГК, а она потребует строительства «Белого потока», чтобы довести газ до Европы.

Канадский исследователь подчеркивает возможности Туркменистана экспортировать 30–40 миллиардов кубометра газа в год, что является пропускной способностью трубопровода Восток — Запад, который он построил внутри страны для этой цели. По его мнению, Ашхабад всегда стремился к более крупным объемам экспорта, который бы позволил получать более высокие доходы. Но для этого, как уже было отмечено выше, необходимо строительство второй нитки ЮГК — трубопровода «Белый поток», проходящего от Грузии до Румынии по дну Черного моря. Далее, из Румынии туркменский газ может переправляться в Центральную Европу: через строящийся сейчас трубопровод BRUA (Болгария — Румыния — Венгрия — Австрия, где U относится к Венгрии); а также Трансбалканский трубопровод, затем через Украину (после того как закончится срок действия контракта «Газпрома» на газотранспортные системы Румынии и Украины) в Польшу и по трубопроводу «Братство» в Словакию, откуда в Германию через Чехию, а также в Австрию.

И хотя реализация данного проекта возможно только в отдаленной перспективе, автор считает, что его участники могут рассчитывать на помощь в этой сфере США. В новой Стратегии национальной безопасности США указано, что Вашингтон «поможет союзникам и партнерам стать более устойчивыми по отношению к тем, кто использует энергию для принуждения», а также «поддерживает диверсификацию источников энергии, ее поставок и маршрутов внутри страны и за рубежом». Это обеспечивает прочную основу для дипломатической поддержки инициативы TКГ, включая «Белый поток». Катлер также цитирует слова исполняющего обязанности специального посланника и координатора по международным энергетическим вопросам в государственном департаменте США Сью Саарни, которая подтвердила, что «Южный газовый коридор» «может быть расширен, чтобы доставлять дополнительные объемы из… Туркменистана», таким образом, он становится «основой для позитивного сотрудничества во всем регионе… поддерживая долгосрочную энергетическую безопасность Европы».

Учитывая высказанные авторами соображения, следует констатировать высокую вероятность активизации процессов обсуждения и последующей реализации новых трубопроводных проектов поставки каспийских углеводородов на внешние рынки, что будет оказывать значительное воздействие на геополитическую ситуацию в Каспийском регионе и обострит соперничество ведущих мировых держав за контроль над создаваемой здесь трубопроводной инфраструктурой.

 

Подробнее см.:

  1. Кабул заработает на транзите газа миллиард долларов в год, http://www.ng.ru/cis/2018-01-23/6_7156_turkmenia.html
  2. Давление США может оживить надежды Ашгабата на экспорт газа, https://rus.azattyq.org/a/nadezhdy-turkmenistana-postavki-gaza-v-evropu/28990957.html
Январь 27, 2018

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ИСТОРИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ
ЗАРУБЕЖНЫЕ СМИ О КАСПИИ
Фото дня
Мы на Facebook
Facebook Pagelike Widget
Яндекс.Метрика
Перейти к верхней панели