Азербайджан в Центральной Азии: Каспий и не только
Комментарии экспертов

Азербайджан в Центральной Азии: Каспий и не только

Центральная Азия всегда была важным регионом с экономической и стратегической точки зрения, сотрудничество со странами ЦА выстраивают практически все крупные игроки на международной арене. С недавних пор в регионе активизировался еще один игрок – Азербайджан. Какие интересы Баку преследует в Центральной Азии, как к этому относиться России и другим игрокам – в интервью ИАЦ МГУ с Сергеем Маркедоновым, ведущим научным сотрудником Института международных исследований МГИМО МИД России, Центра евро-атлантической безопасности МГИМО МИД России. 

– Активизация Азербайджана в регионе Центральной Азии – это новые веяния? Если да, то почему сейчас и в чем цель Баку?

– Первый тезис – я не считаю, что действия Азербайджана в Центральной Азии – это только то, что началось в 2021-2022 годах. Баку последовательно работает с этим регионом. Достаточно вспомнить, что Азербайджан входит в каспийскую пятерку, в которой также состоят две центральноазиатские страны – Казахстан и Туркменистан. Поэтому даже в силу географии Азербайджан «обречен» на присутствие в Центральной Азии.

Пожалуй, самая проблемная точка – это Туркменистан: еще в 1990-е гг. корнями уходит спор вокруг месторождений на Каспии. С Туркменистаном отношения у Азербайджана развивались зигзагообразно: были споры, было даже понижение уровня дипломатического представительства, но не полная заморозка дипотношений. Однако в дальнейшем, особенно после прихода к власти Ильхама Алиева, удалось переломить негативные тенденции.

Затем, во время знакового саммита в Актау в августе 2018 года, Азербайджан вместе с Казахстаном и Туркменистаном подписали Конвенцию о правовом статусе Каспийского моря, которую затем стали называть «Конституцией Каспия». 

Таким образом, первая и наиважнейшая причина интереса Азербайджана к Центральной Азии – это Каспий.

Если говорить про экономические интересы Баку в регионе, то лучше всего взаимодействие выстроено с Казахстаном. И это перерастает в определенную политическую поддержку: если мы вспомним период вступления Армении в Таможенный союз, а затем в ЕАЭС, то у Казахстана были серьезные возражения против ее членства. Н.Назарбаев, занимавший в тот период пост президента Казахстана, напоминал, что у Армении и непризнанной Нагорно-Карабахской Республики нет границы, что затруднит таможенное регулирование. То есть Астана (сегодня Нур-Султан) не жестко, не прямо, но тем не менее оказывала поддержку Баку в плане территориальной целостности Азербайджана. И вообще линия центральноазиатских государств на территориальную целостность созвучна Баку.

Таким образом, помимо географической близости у Азербайджана в регионе есть экономические интересы, есть политические мотивы, общие как для стран региона, так и для Баку.

Кроме того, после победы во второй карабахской войне Азербайджан ощущает себя самостоятельной и самоценной единицей в Евразии.

Для него очень важно дистанцироваться от каких бы то ни было интеграционных объединений. В 2013 году Азербайджан вступил в Движение неприсоединения (страны, объединившиеся на принципах неучастия в каких-либо блоках – ред .), которое, конечно, по сравнению со временами холодной войны потеряло часть своего веса, но остается знаковым участником международных отношений.

Азербайджан дистанцируется от НАТО, что не мешает ему развивать отношения с Турцией до уровня стратегической кооперации в военно-политической, военно-технической, академической сферах. При этом, развивая отношения с Россией, Казахстаном, в меньшей степени Беларусью, Азербайджан не вступает в ОДКБ или ЕАЭС.

Эту политику называют «политикой качелей», и мне кажется, что региональная диверсификация – то есть чуть больше, чем быть просто на Кавказе – важна для Баку, особенно после второй карабахской войны. Именно поэтому Азербайджан активизируется.

К слову сказать, его активизация происходит и на других театрах тоже – например, стоит вспомнить трехстороннее сотрудничество Пакистана, Турции и Азербайджана. Пока оно, скорее, сводится к декларации о намерениях, но учитывая турецкие амбиции не только на Ближнем, но и на Среднем Востоке, и в других регионах, включая Афганистан, – это важная завязка.

Следует сделать уточнение: во многих экспертных кругах, в том числе российских, Баку часто воспринимается как вассал, верный оруженосец Анкары. Но это не совсем так.

У Азербайджана, например, более аккуратная и взвешенная позиция в отношении Сирии. Когда в 2015 году был кризис в российско-турецких отношениях из-за сбитого российского самолета, Баку пытался играть роль модератора, а не однозначно встал на сторону Турции.

Можно вспомнить и историю после второй карабахской войны, когда Анкара интенсифицировала обсуждение в странах исламского востока идею признания Турецкой Республики Северного Кипра. Баку очень четко и однозначно дистанцировался от этого. Хорошим примером могут служить и отношения с Израилем, которые у Турции довольно сложные и противоречивые, а у Азербайджана неплохие.

Поэтому считать, что активизация Азербайджана в Центральной Азии связана исключительно с амбициями Анкары неправильно. Но и они, безусловно, играют свою роль.

Кроме того, было бы более правильно рассматривать Центральную Азию в более широком контексте. Баку уже не первый год пытается выстраивать взаимодействие со странами исламского востока, в том числе для поддержки по карабахскому вопросу. То есть укрепление азербайджанских позиций в Центральной Азии проходит в более широком русле активизации Баку на международной арене. Азербайджан – самая сильная экономика на Кавказе, он продолжает стремиться к диверсификации, поэтому расширяет свое присутствие на международной арене.

– Азербайджан также вовлечен в курс на пантюркизм, который популярен и в Центральноазиатском регионе, он даже пытается быть своеобразным лидером этого движения. Почему для Баку это важно и есть ли в этом какие-то вызовы для России?

– Я бы все-таки разделял пантюркизмом и тюркский солидаризм. Пантюркизм все же предполагает доминирование, солидаризм – больше про кооперацию на основании родственных этнических связей.

В тюркском солидаризме Азербайджан по значимости уступает Турции, но он тоже включен в эти процессы. Для Баку крайне важно использовать разные каналы – исламскую идентичность, членство в Организации исламского сотрудничества (хотя Азербайджан продвигает этот трек без фанатизма, это светская страна, которая довольно жестко борется с религиозным экстремизмом), тюркскую идентичность. Баку хочет участвовать в этих процессах если не наравне с Турцией, то точно, как самостоятельная единица.

Что это дает Азербайджану? Дополнительные возможности для академических проектов, для реализации «мягкой силы», для улучшения имиджа, для доступа к экономическим проектам, формирует внешнеполитическую солидарность. Страны Центральной Азии, например, даже члены ОДКБ, не поддержали Армению во время второй карабахской войны, они заняли нейтральную позицию. В том числе благодаря политике «мягкой силы», которую проводит Азербайджан в регионе.

Насколько это опасно для России? До тех пор, пока кооперация осуществляется на уровне культурной солидарности – опасности это не представляет. Если будет поставлена под сомнение лояльность тюркского населения России (а его численность в России весьма значительна) – это будет уже опасно. Но я не думаю, что до этого дойдет. Конечно, многое будет зависеть и от результатов спецоперации на Украине, насколько она будет успешна.

Однако я бы хотел отдельно сказать про такой чувствительный сюжет, как российская миротворческая операция в Нагорном Карабахе. Он связан косвенно и с украинским театром, но имеет самостоятельное значение. В азербайджанском обществе эта операция воспринимается по-разному, есть и негативизм. Власти в этом плане настроены более конструктивно. В любом случае коллизии есть. Они разрешаемы, но видеть их нужно.

– Мы уже неоднократно упомянули сегодня экономические интересы Азербайджана в регионе. Какие экономические проекты сейчас развивает Азербайджан и конкурирует ли он в чем-то с Россией?

– Я не экономист, поэтому отвечу с политэкономической точки зрения. Азербайджан вовлечен во многие энергетические проекты, в том числе он поставляет энергоносители в страны ЕС, что, конечно, не вызывает восторга у России. Но его запасы углеводородов не так велики, чтобы это было критическим вызовом для Москвы.

Беседовала Дарья Хаспекова

18 июля, 2022

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ
ЗАРУБЕЖНЫЕ СМИ О КАСПИИ
Фото дня
Мы на Facebook
Facebook Pagelike Widget
Яндекс.Метрика
Перейти к верхней панели