Игорь Матвеев о перспективах развития проектов по добыче энергоресурсов на Каспии
Комментарии экспертов

Игорь Матвеев о перспективах развития проектов по добыче энергоресурсов на Каспии

Освоение нефтегазовых месторождений на Каспии идёт хорошими темпами. Это только подтверждает мнение экспертов о том, что Каспийский регион является одним из центров развития мировой энергетики – ведь именно здесь сосредоточен крупный энергетический потенциал, который предстоит ещё раскрыть. Так считает заместитель директора Всероссийского научно-исследовательского конъюнктурного института Игорь Матвеев.

Специально для «Вести FM – Астрахань» он рассказал о проектах, которые реализуют Иран, Казахстан, Туркменистан и Азербайджан по добыче нефти и газа на Каспии, и прокомментировал как в целом аппетиты государств в отношении энергоресурсов влияют на политическую обстановку в регионе:

— В 2017 году продолжалось укрепляться сотрудничество Ирана и России. В стране были более детально разработаны планы по обеспечению экспорта газа на рынки Турции и далее в страны объединённой Европы, Пакистана и Индии. Выражена готовность содействия Катару. Если говорить о совместных проектах с Россией, то можно указать три основных  – атомная энергетика (строительство АЭС «Бушер-2»), планы по созданию объектов в сфере добычи нефти и газа на территории Ирана, а также транспортировка газа по трубопроводам и в виде СПГ. В сфере транспортировки речь идёт о трёх проектах – строительство сети  магистральных газопроводов IranGasTrunkline – 9 (IGAT) с трубопроводом от границы Азербайджана до границы с Турцией, морской газопровод Иран-Пакистан-Индия и проект, в котором предполагает участвовать  Газпром, по производству СПГ. Поэтому видится, что в дальнейшем при наращивании сотрудничества в сфере энергетики Ирана и России, Азербайджана и Турции позиции Исламской Республики в регионе усилятся, и Тегеран сможет реализовать свои задумки и выйти в качестве экспортёра в ЕС и Индию.

С Туркменистаном ситуация сложная и тревожная. В январе 2017 года сократились до минимальных значений объёмы экспорта газа в Иран.  Напомню, что в 2016 году то же самое произошло в отношении вывоза туркменского газа в Россию. В итоге страна стала зависеть от единственного в регионе покупателя – это Китай. У Туркменистана в настоящее время сформировалась глубокая кредитная зависимость от Китая. Это формирует благоприятную почву для деятельности компаний КНР в экономике страны, ограничивая возможности государства управлять процессами, и стимулирует развитие добычи и экспорта углеводородов в интересах и  на условиях КНР, что хотелось бы подчеркнуть. Поэтому в ходе двухстороннего сотрудничества китайские компании постепенно вышли из туркменских не сырьевых проектов, сектора производства удобрений. Мы это можем объяснить тем, что Китай, чтобы не сокращать экспортный потенциал страны,  не желает поддерживать отрасли, потребляющие газ внутри страны.

В связи с развитием российских инфраструктурных проектов «Сила Сибири», «Ямал СПГ» видится, что в дальнейшем туркменский газ будет испытывать давление со стороны других поставщиков. Поэтому страна вынуждена идти по двум путям – либо улучшить свои отношения с Россией, либо с Ираном, либо продолжать реализовывать проект газопровода ТАПИ (Афганистан – Пакистан – Индия). Реализация этого проекта будет испытывать препятствия, поскольку возрастает опасность террористической угрозы со стороны Афганистана и Пакистана.

В 2017 году Россия и Исламская Республика Иран подписали соглашение о строительстве газопровода с выходом на побережья Персидского залива и подводной частью в Индию. Интересно, какое развитие получит эта ситуация, поскольку данные проекты явно конкурируют в отношении индийского рынка.

Кроме этого, высока вероятность того, что в регионы Афганистана и Пакистана будут выдавливаться боевики с так называемого Исламского государства. В настоящее время есть информация, что они занимают те провинции, по которым, возможно, будет проходить газопровод. Это даёт основания предполагать, что усилится сотрудничество Туркменистана и США, потому что в Афганистане находит военный контингент США. И теоретически Штаты могут предложить Туркмении свои услуги по обеспечению безопасности строительства газопровода и дальнейшей его эксплуатации. Для России это видится как фактор негативный.

Есть ещё один конкурирующий проект — прокладка ЛЭП через Таджикистан и Киргизию в Афганистан, поскольку Пакистану больше заинтересован в электроэнергии, а вот Афганистан – в поставках газа. В связи с наличием таких больших конкурирующих проектов и сложной политической обстановкой ожидать развязки можно в ближайшие годы.

Азербайджанская Республика проводит многовекторную политику и старается прикладывать все усилия для реализации второй очереди проекта «Шах-Дениз». Газ, который запланирован к добыче, законтрактован компаниями для поставок в страны объединённой Европы по газовому Южному энергетическому коридору. Но, как мы отмечали, высока вероятность того, что если даже на этом проекте будут достигнуты плановые показатели, но в дальнейшем удержать их будет проблематично, поскольку каспийские месторождения сложные по своей геологической структуре, и не ясна картина и с запасами сырья.  Поэтому Азербайджан будет стремиться к тому, чтобы привлечь в этот проект Россию, Иран и Туркмению.

В ноябре 2017 года Азербайджан и Россия уже подписали контракт на закупку российского газа в объёме 1,6 млрд. куб. газа. Стороны договорились о возможном увеличении этого показателя. Напомним, что с началом добычи на месторождении Шах-Дениз в рамках первой стадии в 2006 году Азербайджан отказался от ввоза российского газа и теперь снова вернулся. В связи с тем, что добыча сырья в Азербайджанской Республике недостаточно для того, чтобы обеспечить внутренние потребности, то просматривается и усиление зависимости Грузии от поставок российского газа. В настоящее время эти потребности обеспечивает Азербайджан, а с его стремлением выполнить экспортные контракты для более удалённых стран, и без помощи дополнительного газа придётся сложно.

Казахстан.  В связи со сложной экономической ситуацией страна, участия в соглашении «ОПЕК плюс», которое предусматривало сокращение добычи нефти казахстанскими компаниями, Казахстан увеличивает производство сырья, пытаясь удержать и расширить добычу на трёх крупнейших месторождениях Кашаган, Тенгиз, Карачаганак.

С одной стороны, это позитивный фактор – отрасль развивается, согласно намеченной линии, с другой – Казахстан не выдерживает обещания в рамках соглашения. В любом случае, не стоит огорчаться по этому поводу, ситуация в стране будет улучшаться вместе с внутренней экономической и политической обстановкой с ростом нефтегазовых доходов. Поэтому здесь ситуацию я охарактеризовал бы как нейтральную.

Будем надеяться, что в 2018 году стороны достигнут соглашения о правовом статусе Каспийского моря. После чего с большой долей вероятности будет проложен Транскаспийский трубопровод и конфигурация взаимоотношений станет другой. А регион станет источником сил не центробежных, а центростремительных.

Беседовала: Ангелина Девятова

Февраль 18, 2018

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ИСТОРИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ
ЗАРУБЕЖНЫЕ СМИ О КАСПИИ
Фото дня
Мы на Facebook
Facebook Pagelike Widget
Яндекс.Метрика
Перейти к верхней панели