Расширение китайско-иранского сотрудничества беспокоит  американских экспертов
Вокруг Ирана, Зарубежные материалы по Каспию

Расширение китайско-иранского сотрудничества беспокоит американских экспертов

На сайте Каспийского политического центра – ведущего американского мозгового центра, занимающегося проблемами Каспийского региона, опубликована статья американского эксперта Лиа Силинского (Leah Silinsky) под названием «Китайско-иранское сотрудничество расширяется с новым 25 летним соглашением (оригинальное название — Chinese-Iranian cooperation grows with a new 25-Year Agreement).

Во вступлении к статье Лиа Силинский пишет, что 5 июля министр иностранных дел Ирана Мохаммад Зариф заявил, что Иран и Китай достигли 25-летнего «стратегического соглашения». Первоначально объявленное в 2016 году, окончательное соглашение было заключено в июне.

«Учитывая, что Китай является основным  торговым партнером  Ирана и инвестором в экспорт иранской сырой нефти, неудивительно, что две страны подписали совместный экономический и политический пакт. У двух наций также есть общий противник — Соединенные Штаты», — отмечает эксперт. 

По его мнению, китайско-иранское соглашение расширит  экономическое сотрудничество, обмен разведданными и совместные  усилия по обеспечению безопасности между двумя странами. Согласно документу китайским компаниям будет предоставлен доступ к иранским портам, мостам, железным дорогам и другой инфраструктуре, а Иран будет  поставлять нефть в Китай. Это соглашение направлено на дальнейшее включение Ирана в китайскую инициативу «Один пояс, один путь». (ОПОП — BRI), что позволяет Китаю развивать стратегические торговые зоны в Иране. Кроме того, соглашение позволяет Китаю увеличить свое присутствие на Ближнем Востоке и в Центральной Азии, несмотря на неодобрение со стороны Соединенных Штатов. Соглашение также действует как попытка обойти кампанию максимального давления Соединенных Штатов на Иран, предоставив Ирану экономическую поддержку, чтобы подорвать эффект санкций США. Это соглашение является не только частью более широкой модели растущего китайско-иранского сотрудничества, но и китайско-русско-иранского партнерства.

«Китай и Россия, преследуя схожие цели и имея общего противника, также имеют стимул к сотрудничеству. Иран — их ключ к Ближнему Востоку», — считает Лиа Силинский. Соединенные Штаты пытаются предотвратить рост иранского ядерного потенциала с помощью своей кампании максимального давления. Посредством этого нового соглашения Китай противодействует попыткам США создать препятствия для расширения политических и военных возможностей Тегеран. Это даёт Китаю дополнительные преимущества в виде скидки на иранскую нефть и иранского сотрудничества и участия в BRI. 

Что касается ОПОП, то американский эксперт уточняет, что президент Китая Си Цзиньпин впервые представил ОПОП во время визита в Казахстан в сентябре 2013 года. Целью проекта, известного тогда как «Один пояс, один путь», было усиление политического и экономического влияния Китая от Восточной Азии до Европы. Сегодня более 60 стран согласились с проектами, связанными с BRI, включая геостратегически расположенные государства Центральной Азии. Китайско-пакистанский экономический коридор — один из самых дорогих проектов BRI, который соединит Китай с пакистанским портом Гвадар в Персидском заливе. Доступ к порту Гвадар, стратегически близкий к узкому месту в Ормузском проливе, предоставит Китаю стратегическое присутствие не только в Персидском заливе, но и на Большом Ближнем Востоке, а также в Центральной Азии. Иран является связующим мостом между Восточной, Южной и Центральной Азией, а также с Ближним Востоком. Экономическая, политическая и военная поддержка Ирана предоставит Китаю больше доступа к Ближнему Востоку и странам Центральной Азии.

В конечном итоге Китай рассматривает Иран как посредника, с помощью которого он может получить большую поддержку своего BRI. В то время как многие отмечали, что государства Центральной Азии приветствуют китайские инвестиции в регион, другие отмечали, что многие из стран Центральной Азии все больше не в состоянии выплачивать свои кредиты из Китая. Экономические потрясения, вызванные коронавирусом, только усложнили эту задачу для государств Центральной Азии. 

Китай — крупнейший инвестор на Ближнем Востоке и в Центральной Азии. Китай является крупнейшим  покупателем  иранской нефти, крупнейшим торговым партнером Ирана, и только в 2019 году инвестировал в Иран 20 миллиардов долларов. Китайско-иранское сотрудничество помогает Китаю в его политике по укреплению влияния в Центральной Азии. Инвестируя в этот регион, Китай не только получает доступ к газу и нефти, но и еще больше ослабляет и без того снижающееся влияние США. Кроме того, посредством газопровода Центральная Азия-Китай Пекин соединяет провинцию Синьцзян Китая с обширными месторождениями природного газа Туркменистана через Казахстан и Узбекистан, что также подрывает доминирование США в нефтегазовом секторе Каспия.

В заключение Лиа Силинский пишет, что в конечном итоге Иран, вероятно, станет более зависимым от Китая благодаря BRI и 25-летнему пакту. Китай, вероятно, продолжит крупные инвестиции в Иран, при этом Иран будет поставлять Китаю нефть со скидкой. Расширение китайско-иранского военного сотрудничества сузит пространство для маневра у других прикаспийских государств, особенно когда это делается в сочетании с молчаливым согласием России. Это наносит ущерб интересам США, поскольку подрывает кампанию максимального давления США на Иран. Опасность для стратегических интересов США в регионе представляет растущий триумвират Россия-Китай-Иран, заключает эксперт. 

Фото: mintpressnews.ru

20 августа, 2020

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ
ЗАРУБЕЖНЫЕ СМИ О КАСПИИ
Фото дня
Мы на Facebook
Facebook Pagelike Widget
Яндекс.Метрика
Перейти к верхней панели