Военно-морские силы на охране Астраханского фронтира
Исторические хроники Каспийского региона

Военно-морские силы на охране Астраханского фронтира

Редакция портала «Каспийский вестник» представляет вниманию читателей статью историка, научного сотрудника астраханского музейно-культурного центра «Дом купца Г.В. Тетюшинова», действительного члена Русского географического общества Михаила Анатолевича Кирокосьяна «Военно-морские силы на охране Астраханского фронтира». М.А.Кирокосьян автор таких книг «Пираты Каспийского моря», «Русский флаг на Каспии: Два столетия Каспийской флотилии, сер. XVII –сер. XIX вв.» и является признанным специалистом по истории российского флота на Каспии:

С середины XVI века, то есть со времени присоединения Нижнего Поволжья к Русскому государству, Астрахань на протяжении нескольких столетий была пограничным городом. Вскоре после основания русской Астрахани, деревянные крепостные стены сменили каменные. Английский посол в России в 1588–1589 годах Джайлс Флетчер в сочинении «О государстве Русском» относил Астрахань к «замечательным» городам, которые «построены весьма хорошо и могут выдержать любую осаду». В начале XVII века укрепленная территория города была значительно расширена.Таким образом, Астрахань превратилась в одну из первоклассных пограничных крепостей государства.Одновременно, поскольку русская граница вышла на берега Каспийского моря, город стал центром торговых и политических сношений государства с Востоком и Кавказом.

Вместе с тем на протяжении столетий, до начала XIX века, Астрахань практически оставалась небольшим островком на огромном еще неосвоенном Русским государством пространстве Нижнего Поволжья.Волга тонкой нитью связывала столицу «полуденного края» с основной территорией государства и одновременно являлась фронтиром, то есть – границей между освоенными и неосвоенными поселенцами землями. Первые города-крепости стали появляться на Нижней Волге в конце XVI века, укрепленные станицы в пределах настоящей Астраханской области, только во второй половине XVIII века, а крестьянские поселения на Ахтубе – в первой половине XIX века. Все это время Волга являлась транспортной магистралью, по которой направлялись товары, предназначенные как для Астрахани, так и для закаспийской торговли.И все это время на водных путях – на Волге и Каспийском море– занимались разбоем отряды запорожских, донских, яицких, терских казаков, позднее – беглых крестьян и дезертиров. О небезопасности плавания по Волге красноречиво свидетельствует движение судов в XVI–XVII веках большими караванами. На Каспии торговые и посольские суда в этот же период вооружались пушками и сопровождались стрельцами.

Существует устойчивое мнение, что регулярные силы для противодействия речным и морским пиратам появились лишь во времена Петра I. Однако при этом упускается из виду, что и в предшествующее время русское правительство принимало энергичные меры, направленные на обеспечение безопасности транзита грузов.

Безопасностью волжской и каспийской торговли в XVI–XVII веках занимался в Астрахани Деловой двор. Для этой цели на его верфях строились «ертаульные» и «чердачные» струги, на которых стрельцы и служивые казаки патрулировали речные и морские участки торгового пути, преследовали и уничтожали пиратов. В данном случае уместно вспомнить два эпизода из астраханской истории.

Май 1572 года.Судно, шедшее из Ширвана с грузом шелка для английской «Московской компании» остановлено и ограблено пиратами в море, невдалеке от устьев Волги. Для преследования разбойников из Астрахани была направлена флотилия сначала из 40,а затем – из 60 стругов. В результате пиратов настигли, наказали, а английским купцам вернули товар на сумму 30–40 тысяч фунтов.

Август 1669 года. Отряд «воровских» казаков на 20 стругах под началом атамана С. Разина вернулся из Персидского похода. Воевода И.С. Прозоровский выслал навстречу пиратам 50 морских стругов.

С поставленными задачами образцы отечественного судостроения в целом справлялись, но когда для обеспечения русско-персидской торговли на Каспийском море потребовались более совершенные суда, то по указу царя Алексея Михайловича построили корабли по европейским образцам. Первые суда «нового маниру», во главе с известным кораблем «Орёл», прибыли в Астрахань в 1669 году, но к решению поставленных задач так и не приступили. Последующие по времени события – Разинское восстание и смена планов во внешней политике отодвинули развитие торговли с Персией на задний план.

Василий Иванович Суриков. «Степан Разин». 1906 год

Суда, построенные по европейским образцам, предназначенные для борьбы с речным и морским пиратством, вновь появились на Волге и Каспии в конце XVII века. На этот раз их постройка была связана с деятельностью Петра I. По высочайшему указу был создан Яхтенский полк, ав 1698–1699 годах в Казани построены 12 яхт, из которых сформировали две эскадры. В царской грамоте их командирам предписывалось: «ходить им на тех яхтах на море… с самой весны до зимы, и где воровские люди явятся, поиск и промысел чинить, чтоб торговым людям  проезд был из-за моря в Астрахань свободно…».

Насколько эффективной была служба нового формирования можно судить по путевым записям Корнелия де Бруина (1703 г.). В описании Астрахани путешественник отметил многочисленные виселицы по окраинам города, на которых были повешены казаки.

Просуществовал полк недолго. В 1705–1706 годах его солдаты приняли участие в так называемом «свадебном» бунте, после подавления которого полк расформировали.

В течение последующих ста лет искоренение разбоя на Волге осуществлялось исключительно полицейскими силами. По рекам начали курсировать солдатские команды, были взяты на строгий учет все лодки прибрежных жителей, введена их маркировка (голубой цвет для Астраханской губернии), за выдачу или поимку каждого разбойника правительство назначило вознаграждение. Безопасность Волжского пути обеспечивало созданное во второй половине XVIII века Астраханское казачье войско. К охране грузов привлекли и судовладельцев, которым для отражения нападений пиратов разрешили вооружать команды судов. На выходе в Каспийское море создавались брандвахты, поиском разбойников, скрывавшихся в лабиринте проток и чернях, занимались специальные солдатские и казачьи команды.

В борьбе с развивающимся речным разбоем очередные действия предпринимаются в царствовании Павла I. 20 июня 1797 г. император подписал указ о создании на Волге гардкоутной стражи. В Казанском адмиралтействе построили девять гардкоутов – легких парусно-гребных военных судов, каждое из которых было вооружено пушкой и четырьмя фальконетами. В 1804 году число гардкоутов было увеличено до 12-ти. Три из них были приписаны к Астраханскому адмиралтейству. В Астрахань первые гардкоуты прибыли в 1798 году и приступили к охране реки на дистанции до Царицына.

Во время патрулирования Волги экипажи досматривали проходящие суда, снимали с них беспаспортных и направляли их в полицию. Основной целью стражи было задержание или, в случае сопротивления, уничтожение разбойников.

Следствием предпринятых мер стало постепенное снижение числа нападений на суда. Вместе с прекращением разбоев отпала и необходимость в охране Волжского торгового пути. В 1841 году, по представлению астраханского губернатора И.С. Тимирязева, императорским указом в низовьях Волги отменили казачьи посты. Именным указом от 20 декабря 1856 годагардкоутная стража была упразднена, ей на смену в губернских городах основали речную полицию.

На Каспийском море охрана торгового мореплавания и рыболовства лежала на Каспийской флотилии. В первой половине XIX века главным дестабилизирующим фактором на море был разбой в Эмбенских рыбопромысловых водах. Простирались они от устья реки Урал до Тюб-Караганского мыса на Мангышлаке, то есть находились на стыке российских владений (Астраханская и Оренбургская губернии) и территорий, на которых кочевали киргиз-кайсаки, как в те времена называли казахов.

О значении Эмбенских вод в астраханском рыболовстве свидетельствуют данные по числу ловцов, выходивших в море. Вот несколько цифр. В 1797 году на лове в Эмбенских водах находилось 135 расшив; в 1809 году — 218, в 1811-м — 263. Учитывая, что к каждому судну были приписаны несколько лодок, то одновременно промыслом в море занималась огромная рыболовная флотилия и несколько тысяч ловцов. Так,  в 1915 году их было: 6.688 человек на 1.847 мелких судах,в 1834 году – 7.112 человек, 859 расшив и 1857 лодок.

На протяжении нескольких десятков лет, начиная с 1790-х годов, киргизы нападали на астраханских ловцов, грабили суда, а людей уводили в плен и продавали в рабство в среднеазиатских городах.

Для охраны рыбопромышленников в море в составе Каспийской флотилии в 1803 году был создан Эмбенский отряд судов. Первоначально построили три 4-пушечных парусно-гребных бота с осадкой около метра, экипаж каждого состоял из 15 военных моряков.В задачу ботов входило патрулирование промыслов, но на огромной акватории трех ботов было недостаточно. В начале 1830-х годов их число довели до пяти. Мало того, отправляли на охрану частные вооруженные кусовые лодки, и другие корабли Каспийской флотилии, в том числе пароходы.

Пиратство киргизов начало стихать в 1840-х годах, но Эмбенский отряд был упразднен только в 1862 году. Окончательно охота за рабами в северо-восточной части Каспийского моря завершилась в 1870-х годах, когда с присоединением к России среднеазиатских ханств исчез рынок сбыта «живого товара». И в это же время Астраханская губерния перестает быть пограничным регионом Российской империи.

Октябрь 1, 2018

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ИСТОРИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ
ЗАРУБЕЖНЫЕ СМИ О КАСПИИ
Фото дня
Мы на Facebook
Facebook Pagelike Widget
Яндекс.Метрика
Перейти к верхней панели