Растущие интересы Китая в Грузии
Зарубежные материалы по Каспию

Растущие интересы Китая в Грузии

Несмотря на то, что Грузия не входит в число стран, расположенных на побережье Каспийского моря, её важная роль в региональных процессах не поддается сомнению. Выгодное географическое положение и наличие морских портов Поти и Батуми на черноморском побережье является важным стратегическим ресурсом Грузии, которые придают ей определенное значение в межгосударственном распределении ресурсов и проектах строительства трубопроводов для транспортировки нефти и газа Каспия.

Включение Грузии в комплексный проект транспортировки каспийской нефти способствовало её выдвижению на авансцену интересов ряда крупных государств ближнего и дальнего зарубежья. Ясно, что в контексте трудноразрешимых проблем, вставших перед государством, Тбилиси возлагает большие надежды на доходы от транзита каспийских углеводородов. Перспективы прохождения через территорию республики евразийского транспортного коридора  Европа – Кавказ – Азия (ТРАСЕКА) также сулят ей немалые экономические выгоды и позволяют её экономике интегрироваться в мировое хозяйство.

В связи с этим редакция нашего портала публикует перевод аналитической статьи интернет-ресурса «Central Asia – Caucasus ANALYST». В очередном материале Института Центральной Азии и Кавказа и программы исследований Шелкового пути, действующем при Американском совете по внешней политике, его автор Эмиль Авдалиани, преподаватель истории и международных отношений в Тбилисском государственном университете, характеризует китайско-грузинское сотрудничество в регионе и его возможное влияние на роль России на Южном Кавказе:

Соглашение о свободной торговле между Китаем и Грузией, подписанное в 2017 году, вступило в силу 1 января. Это позволило грузинским товарам получить свободный доступ к одному из крупнейших в мире потребительских рынков и освободит от таможенных налогов около 94% грузинской продукции. Рост интереса китайских экономических структур повышает шансы Грузии играть значимую роль в пекинской инициативе «Пояс и Путь» (BRI). В связи с расширением присутствия Китая на Южном Кавказе возникают вопросы относительно совместимости интересов Пекина с интересами традиционного гегемона региона – России.

Контекст: Китай наладил тесные торговые связи со всеми странами Южного Кавказа и вложил большие средства в регион. Тем не менее, грузино-китайское сотрудничество выделяется на общем фоне из-за размера инвестиций и роста двусторонней торговли.

После распада Советского Союза государственная инвестиционная деятельность Китая в регионе привела к росту китайской иммиграции в Грузию. В начале 2000-х годов большинство китайских мигрантов управляли угловыми магазинами и ресторанами или работали в качестве рыночных продавцов. После 2010 года доминирующей частью китайской диаспоры  были строители.

В настоящее время Китай является третьим по величине торговым партнером Грузии после Турции и Азербайджана, в то время как Россия находится на четвертом месте. За последние 10 лет объем товарооборота между двумя странами значительно увеличился: с примерно 10 млн. долл. США в 2002 году до 823 млн. долл. США в 2014-2015 годах. В мае 2017 года Китай и Грузия подписали соглашение о свободной торговле во время визита грузинской делегации в Китай. Грузинское правительство надеется, что позиции страны на Черном море, включающие несколько портов, таких как  Батуми, Поти и Анаклия, позволят Тбилиси функционировать как крупнейший  логистический центр для всего региона, и особенно для Китая.

Помимо своих черноморских портов, Грузия может похвастаться магистралью Восток-Запад, главной наземной транспортной дороги страны, которая, по сути, связывает Азербайджан с Черноморским побережьем, и существующими железнодорожными проектами, такими как Баку-Тбилиси-Карс (БТК). Действительно, с точки зрения Пекина, три наиболее ценных проекта, реализуемых на Южном Кавказе, относятся к Грузии. Это открытие железной дороги БТК, что позволит ускорить доставку контейнеров, грузов и пассажиров из Азии в Европу на 45 процентов. Во-вторых, в Анаклии, на Черном море, начато строительство нового глубоководного морского порта, способного принимать 100 миллионов тонн грузов в год и принимать крупные суда типа «Панамакс». В-третьих, Грузия расширяет магистраль Восток-Запад в сотрудничестве со Всемирным банком, Азиатским Банком развития и другими организациями.

Последствия: Китай присматривается к южнокавказскому маршруту с момента объявления инициативы «Пояс и путь» в 2013 году. Например, в 2015 году Китай проверил эффективность связи между провинцией Синьцзян и портом Поти Грузии через Казахстан и Азербайджан. Железнодорожный груз, погруженный в Китай 29 января, прибыл в Грузию 6 февраля. Однако работа с административными препятствиями заняла почти треть времени в пути. Китай провел ряд других испытаний для изучения жизнеспособности торгового и транзитного маршрута через Южный Кавказ.

Однако, несмотря на свои преимущества как транзитной страны, Грузия по-прежнему сталкивается с многочисленными вопросами. Хотя Пекин считает, что местоположение Грузии имеет важное значение, а регион является стратегически важным, грузинский коридор не входит в число основных транзитных и торговых путей, куда Китай вкладывает значительные средства.

В недавно опубликованных анализах часто упускается из виду, что грузинский (расширительно — южнокавказский) маршрут играет незначительную роль в коридорах в рамках инициативы BRI, проходящих вблизи Кавказского региона, например таких как Евразийский сухопутный мост; коридор Китай-Монголия-Россия; и маршруты через страны Центральной и Западной Азии.

Кроме того, хотя Пекин, безусловно, проявляет интерес к существующим и перспективным инфраструктурным и строительным проектам в Тбилиси, Кутаиси и других крупных городах Грузии, крупные инфраструктурные и энергетические работы, выполненные Китаем за последние несколько лет в России, Казахстане и Узбекистане, значительно превышают уровень китайско-грузинского сотрудничества.

Есть и геополитический аспект расширения грузино-китайского сотрудничества. Углубление экономических отношений имеет геополитическое следствие в виде увеличения экономического влияния Китая, которое, в свою очередь, имеет важное значение для обеспечения стабильности и безопасности Грузии. Естественно, помимо потенциальных экономических выгод, Тбилиси также воспринимает отношения с Китаем, как средство для смягчения давления России на страну. По мнению Тбилиси, чем больше региональных игроков будет вовлечены в грузинские дела, тем  более стабильной и безопасной будет ситуация в Грузии.

Интеграция Грузии в ЕС, а также ее партнерские отношения с США, Турцией и Азербайджаном представляют собой последовательные попытки грузинских правительств сбалансировать геополитическое влияние России на Южном Кавказе. Надежда, которую Грузия сейчас придает участию Китая, следует той же схеме.

Поскольку Китай построил новый город на окраине Тбилиси, инвестировал во второй по величине город Грузии Кутаиси и владеет тремя четвертями акций свободной промышленной зоны Поти, по всей стране материализуется развитие по линии Восток-Запад – из Азии к Черному морю, с китайским присутствием. Конечно, трудно предсказать дальнейшие шаги Китая, но разумно ожидать, что новые действия российских сил в Южной Осетии по смещению линии разграничения отколовшегося региона на юг, ближе к восточно-западному шоссе, будут беспокоить Китай, поскольку это ставит под угрозу его экономические связи с Южным Кавказом. Поэтому Пекин должен либо найти общее понимание с Россией  в этом вопросе, либо стать более вовлеченным в дела и вопросы безопасности Грузии.

Уже есть прецедент военного участия Китая в важных для инициативы «Пояс и Путь» территориях. Китай предпринял определенные шаги в Центральной Азии, которые потенциально могут бросить вызов экономическому и политическому влиянию России в регионе. Китай уже является крупнейшим торговым партнером каждого из центральноазиатских государств. В это же время Пекин углубил свои военные связи и связи в области безопасности с Таджикистаном и частично с Кыргызстаном, в основном за счет военных учений и строительства военной инфраструктуры на таджикско-афганской границе.

Для Тбилиси расширение участия Китая в делах Южного Кавказа является залогом его безопасности. Однако в настоящее время надежды на такое развитие событий представляются нереалистичными. Даже в Центральной Азии, несмотря на явные достижения Китая, Москва все еще не признает вызов своему влиянию со стороны Пекина.

Еще одна причина, по которой Грузия вряд ли станет местом спора между Китаем и Россией, заключается в том, что Пекин в первую очередь занимается борьбой с трансграничным терроризмом, угрожающим BRI. Поэтому, хотя Пекин вполне мог бы инвестировать в безопасность Грузии, помимо сотрудничества в правоохранительной области и борьбе с терроризмом, сотрудничество в области безопасности вряд ли достигнет уровня, который существует между Китаем и государствами Центральной Азии.

ВЫВОДЫ: Таким образом, перспективы расширения взаимодействия Китая с Грузией довольно неоднозначны. Пекин действительно усиливает свое экономическое влияние в Грузии. Тем не менее, эти инвестиции не сравнимы  с китайскими действиями в Центральной Азии или в других местах. Пекин в первую очередь заинтересован в существующих и перспективных инфраструктурных проектах в Грузии. Более того, в настоящее время нет четких признаков того, что действия Китая в Грузии и на Южном Кавказе конкурируют с российскими интересами и влиянием. Тем не менее, учитывая важность региона для России, российские политики могут принять растущее участие Китая в качестве серьезной проблемы.

 

Апрель 1, 2018

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ
ЗАРУБЕЖНЫЕ СМИ О КАСПИИ
Фото дня
Мы на Facebook
Facebook Pagelike Widget
Яндекс.Метрика
Перейти к верхней панели