Чем важна встреча Путина и Токаева для Каспийского региона – взгляд из Италии

Встреча президентов России и Казахстана проходит в тот момент, когда отношения между странами находятся на перепутье из-за санкционного давления, евразийской интеграции и изменения энергетической географии с центром в Каспийском море. Астана пытается сохранить «всеобъемлющее стратегическое партнерство» с Москвой, одновременно ужесточая соблюдение западных санкций и расширяя связи с ЕС, Китаем и странами Персидского залива. Для Каспийского бассейна эта встреча важна не столько с точки зрения символизма, сколько с точки зрения того, как в следующем десятилетии будут выстраиваться энергетический транзит, сотрудничество в ядерной сфере и транспортные коридоры, особенно маршрут «Север-Юг» и альтернативные пути через Каспийское море.

Такую оценку состоявшимся в Москве переговорам даёт команда итальянской аналитической платформы Special Eurasia.

Контекст

8 мая 2026 года президент России Владимир Путин встретился с президентом Казахстана Касым-Жомартом Токаевым, который прибыл в Москву для участия в праздновании 81^й годовщины Победы в Великой Отечественной войне.

В ходе встречи Путин подчеркнул важность участия Токаева в параде Победы, что, по мнению президента России, свидетельствует о высоком уровне отношений между Москвой и Астаной. Токаев отметил грандиозность Дня Победы и выразил радость от встречи с российским коллегой. Он также сообщил, что Казахстан активно готовится к государственному визиту Владимира Путина в Казахстан в конце мая.

Почему это имеет значение?

В последние годы Астана сбалансировала свою внешнюю политику, пытаясь диверсифицировать своих партнеров и привлечь больше интереса и инвестиций из западных стран. Несмотря на эту стратегию, Россия по-прежнему представляет собой жизненно важного действующего партнера для Казахстана, поскольку центральноазиатская республика имеет протяженную границу с Российской Федерацией и является членом Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ).

Казахстан, как и вся Центральная Азия, приобрел важное значение на международной арене после вывода американских войск из Афганистана, начала конфликта на Украине и необходимости для ЕС импортировать углеводороды с диверсифицированных рынков и снижать зависимость от российского газа. Эта ситуация превратила Астану из периферийной постсоветской республики в региональную державу среднего размера, способную привлекать иностранные инвестиции и дипломатические усилия Москвы, Пекина, Вашингтона и Брюсселя.

Роль Казахстана как площадки для переговоров по Афганистану, региональной безопасности и экономическим вопросам Евразии улучшила его имидж в Европе, где его все чаще рассматривают как прагматичного собеседника и партнера в вопросах диверсификации энергетики и транспорта в обход маршрутов, проходящих через Россию.

В то же время, несмотря на то, что Брюссель усилил свое присутствие и вовлеченность в региональную политику, особенно после первого саммита ЕС-Центральная Азия, состоявшегося в Самарканде в апреле 2025 года, европейские политики по-прежнему проявляют осторожность: тесные экономические связи Казахстана с Россией в сфере безопасности, а также его членство в ЕАЭС и ОДКБ ограничивают ожидания в отношении сближения с позициями ЕС.

Встреча, состоявшаяся в Москве несколько дней назад, а также предстоящий официальный визит Владимира Путина в Астану подтверждают хорошие отношения между Россией и Казахстаном и их стремление к расширению сотрудничества в различных областях. В этом контексте, учитывая влияние западных санкций на Москву и затянувшееся участие России в конфликте на Украине, Каспийское море и Казахстан стали ключевыми элементами экономической стратегии Кремля, поскольку Российская Федерация может использовать их для перенаправления торговых и энергетических потоков и обхода экономических ограничений.

Россия рассматривает Астану как ключевого партнера в следующих областях:

• Транзит энергоресурсов: Экспорт казахстанской нефти через территорию России и российские порты, трехсторонние газовые схемы с Узбекистаном и потенциальный реэкспорт российского газа через Казахстан.
• Транспортные коридоры: Сухопутные коридоры, такие как восточная ветка Международного транспортного коридора Север — Юг (Россия — Казахстан — Туркменистан — Иран), которые связывают Россию с рынками Южной Азии и Персидского залива.
• Технологическая привязка: перспективное строительство первой в Казахстане атомной электростанции «Росатомом», которое на десятилетия закрепит российские технологии и топливные циклы в энергетической системе Казахстана.

Все это имеет прямое или косвенное отношение к Каспийскому региону, поскольку либо прибрежные государства Каспийского моря выступают в качестве транзитных партнеров, либо меняется энергетический баланс вокруг региона.

Несмотря на позитивные отношения и взаимопонимание между сторонами, Астана проводит осторожную и прагматичную внешнюю политику в отношении Москвы из-за западных санкций и стратегии Казахстана по снижению риска вторичных санкций, которая заключается в демонстрации сотрудничества с требованиями Запада при сохранении доступа к российским рынкам и инфраструктуре.

Перспективы

В краткосрочной перспективе, особенно с учетом предстоящего визита Путина в Астану, Россия и Казахстан, скорее всего, продолжат сотрудничество, подписав дополнительные соглашения в таких стратегических областях, как энергетика, логистика, новые технологии и атомная энергетика. Астана уравновесит позитивные отношения с Москвой, открыв страну для дополнительных иностранных инвесторов: помимо Китая и Турции, благоприятные условия в центральноазиатской республике могут сложиться для Европейского союза, США и арабских монархий Персидского залива, поскольку Казахстану необходимо придерживаться многовекторного курса и избегать серьезных санкций со стороны Запада, продолжая работать с Москвой над стратегическими проектами.

В среднесрочной перспективе Каспийский регион, скорее всего, продолжит оставаться ареной соперничества и сотрудничества между региональными игроками (Россией, Ираном, Азербайджаном, Казахстаном, Туркменистаном) и внешними силами (Европейским союзом, Соединенными Штатами, Китаем). В этом сценарии Казахстан остается ключевым посредником, но по мере усиления внешнего контроля пространство для маневра сужается.

В сложившейся ситуации возможны два сценария развития событий:

1. Сценарий риска: негативная реакция на санкции и ограниченная автономия. Если западные власти решат, что Казахстан является ключевым центром для обхода санкций, особенно через Каспийский регион и маршруты «Север — Юг», вторичные санкции могут затронуть банки, логистические компании или конкретные энергетические проекты. Это может привести к:
   1. Принудительно сблизить Астану с Россией и Китаем.
   1. Замедлить или сорвать некоторые инициативы по Транскаспийскому (Среднему) коридорам.
   1. Снизить способность Казахстана выступать в качестве нейтральной платформы на Каспии, подорвав дипломатический капитал, который наращивал Токаев.
2. Возможный сценарий: ограничения со стороны России и ускоренная диверсификация. Если возможности России инвестировать и реализовывать обещанные проекты сократятся из-за внутренних проблем или последствий конфликта на Украине, Казахстан может ускорить диверсификацию в сторону ЕС, Турции, Китая и стран Персидского залива. Это позволит:
   1. Увеличить относительный вес Транскаспийского маршрута и маршрутов, ведущих на юг.
   1. Предоставить внешним субъектам больше влияния на стандарты и механизмы обеспечения безопасности в Каспийском бассейне.
   1. Постепенно ослабить структурное доминирование России, даже если формальные альянсы сохранятся.

Встреча Путина и Токаева не определила будущее региона Каспийского моря, но обозначила стоящие перед ним задачи. Россия пытается еще прочнее привязать Казахстан к своей архитектуре, сложившейся в эпоху санкций; Казахстан пытается превратить эту связь в рычаг влияния, а не в зависимость. Каспийский регион станет одной из главных арен, на которых мы увидим, сохранится ли этот баланс или он решительно сместится в одну сторону.

Подготовил Влад Кондратьев