Соединенные Штаты взяли на вооружение комплексный региональный подход в Центральной Азии, направленный на обеспечение бесперебойной работы жизненно важных цепочек поставок полезных ископаемых и развитие альтернативных торговых путей в связи со значительными перебоями в иранском и российском транзите. Об этом пишет Джулиано Бифолки, соучредитель менеджер по исследованиям итальянского аналитического портала Special Eurasia.
Ключевые выводы эксперта
- Вашингтон отдает приоритет форматам «С5+1» и «В5+1», рассматривая Центральную Азию как единый рынок с населением в 80 миллионов человек, а не как совокупность двусторонних интересов.
- Война в Иране в 2026 году и последующее закрытие Ормузского пролива ускорили реализацию стратегической необходимости создания Транскаспийского международного транспортного маршрута (ТМТМ) в обход зон, находящихся под санкциями или пострадавших от боевых действий.
- Правительство Соединенных Штатов стратегически противостоит влиянию Китая и России, поощряя инвестиции частного сектора в передовые технологии в сфере информационных технологий, агробизнеса и добычи важнейших полезных ископаемых.
Обзор ситуации
В начале 2026 года геополитический ландшафт Центральной Азии претерпел фундаментальные изменения, вызванные эскалацией конфликта на Ближнем Востоке и продолжающимся давлением на российскую экономику.
Теперь Вашингтон рассматривает этот регион не просто как периферийный буфер, а как важнейший логистический и энергетический узел между Европой и Азией. Блокада Тегераном Ормузского пролива из-за войны между США и Израилем против Ирана привела к фундаментальной переоценке сухопутных торговых путей, в результате чего «Средний коридор» стал главным стратегическим приоритетом для западных стратегов.
Государственный департамент США учредил форум «Б5+1», чтобы стимулировать частные инвестиции в Казахстане, Узбекистане и Кыргызстане, нацеленные на торговлю и инвестиции в размере 100 миллиардов долларов.
Чтобы снизить свою историческую зависимость от Москвы и Пекина, государства Центральной Азии постепенно переходят к «многовекторному» дипломатическому подходу, который предполагает использование ценных технических и финансовых предложений со стороны Запада.
В ноябре 2025 года лидеры стран региона встретились с президентом Трампом в Белом доме, чтобы укрепить партнёрские отношения по принципу «Мир через силу», сосредоточенные на энергетической безопасности и борьбе с терроризмом.
Нарушение работы иранского транзитного коридора, ведущего к Персидскому заливу, лишило страны Центральной Азии, не имеющие выхода к морю, важного альтернативного маршрута, что повысило значимость Транскаспийского маршрута.
Оценка геополитических данных
Нынешняя стратегия США в Центральной Азии представляет собой отход от традиционной дипломатии, основанной на предоставлении помощи, в пользу коммерческой интеграции на основе сделок. Объявив пять республик единым экономическим субъектом, Вашингтон создает условия для привлечения корпораций из списка Fortune 500, которые ранее не обращали внимания на более мелкие отдельные рынки, такие как Таджикистан или Кыргызстан. Этот переход бросает прямой вызов раздробленной парадигме «сфер влияния», которую исторически предпочитала Россия.
Основной движущей силой этого сотрудничества является глобальная борьба за важнейшие полезные ископаемые. Соединенные Штаты стремятся снизить зависимость от Китая в вопросах поставок за счет стратегических инвестиций в минеральные ресурсы Тянь-Шаня и Алтая.
Конфликт в Иране послужил стратегическим катализатором. В настоящее время из-за блокировки Ормузского пролива и угроз в адрес иранской инфраструктуры экспорт энергоносителей и полезных ископаемых из Центральной Азии по традиционным южным торговым маршрутам невозможен. В результате регион оказался в опасной зависимости от Северного маршрута через Россию или Восточного маршрута через Китай.
США активно поддерживают Транскаспийский международный транспортный маршрут, чтобы не дать Москве или Пекину установить полный стратегический контроль. Этот «Средний коридор» перестал быть второстепенным проектом и превратился в жизненно важную артерию евразийской стабильности. В то же время упразднение традиционных организаций, занимающихся вопросами развития, таких как USAID, к середине 2025 года, привело к дефициту в секторах «мягкой силы», включая здравоохранение и образование, который Китай оперативно восполняет за счет развития инфраструктуры, финансируемой государством.
Индикаторы для мониторинга развития ситуации
- Объем контейнерных перевозок через порт Актау для оценки эксплуатационной пригодности Среднего коридора.
- Частота встреч в рамках Диалога по критически важным минералам в формате «5+1» для объявления о предоставлении западным компаниям новых концессий на добычу лития или редкоземельных металлов.
- Передвижения российских военных и учения ОДКБ вблизи границ Казахстана и Кыргызстана как признаки силовой дипломатии.
- Введение единых региональных таможенных и транзитных виз для стран «пятерки» как показатель углубления экономической интеграции.
- Китайские государственные предприятия (ГП) участвуют в тендерах на строительство телекоммуникационной инфраструктуры в Узбекистане, чтобы оценить уровень конкуренции в IT-секторе.
- Цена на нефть марки Brent и ее влияние на внутреннюю стабильность режимов Центральной Азии, экспортирующих энергоносители.
Перспективы
Наиболее вероятный сценарий предполагает стабильный, но осторожный рост частных инвестиций со стороны Запада, особенно в горнодобывающую промышленность и IT-сектор Казахстана и Узбекистана. Хотя страны Центральной Азии сохранят открытость для американского капитала в качестве стратегической защиты от более крупных региональных держав, они будут активно избегать любых формальных альянсов в сфере безопасности, которые могут привести к военным последствиям со стороны России или экономическому возмездию со стороны Китая.
Самый опасный сценарий и геополитический риск для республик Центральной Азии связан с распространением афгано-пакистанского пограничного конфликта 2026 года или затяжным конфликтом на Ближнем Востоке. Хрупкое региональное сотрудничество может быть разрушено, если экстремистские элементы или наплыв беженцев нарушат стабильность в Ферганской долине. В таких условиях Россия, скорее всего, укрепит свои позиции в качестве единственного гаранта безопасности, положив конец политике «открытого региона» США и установив постоянную дуополию Москвы и Пекина в отношении ресурсов региона.
Стратегические последствия для Запада огромны. Если к концу 2026 года Соединённые Штаты не обеспечат безопасность этих коридоров и прав на добычу полезных ископаемых, переход к «зелёной» энергетике и передовым вычислительным технологиям по-прежнему будет зависеть от производственных мощностей Китая. С другой стороны, успешная интеграция центральноазиатского рынка обеспечит надёжный «бэкдор» в Евразию, минуя все основные «узкие места».
Об авторе
Джулиано Бифольки. Соучредитель Special Eurasia и менеджер по исследованиям. Обладает обширным опытом в области разведывательного анализа, геополитики, безопасности, урегулирования конфликтов и работы с этническими меньшинствами. Имеет степень доктора философии в области истории ислама Римского университета Тор Вергата, степень магистра в области управления миротворчеством и международных отношений Папского университета Сан-Бонавентура и степень магистра истории Римского университета Тор Вергата. В качестве аналитика разведки и консультанта по политическим рискам он организовывал рабочие поездки и официальные миссии на Ближнем Востоке, в Северной Африке, Латинской Америке и на постсоветском пространстве, а также оказывал поддержку в принятии решений частным и государственным организациям, составляя отчеты и оценки рисков. Ранее он основал и возглавил компанию ASRIE Analytica. Он написал несколько научных работ о геополитике, конфликтах и джихадистской пропаганде. Он автор книг «Геополитика на российском Кавказе». Gli interessi del Cremlino e degli attori stranieri nelle dinamiche locali nordcaucasiche (Sandro Teti Editore, 2020) и Storia del Caucaso del Nord tra presenza russa, Islam e terrorismo (Anteo Edizioni, 2022). Он также является соавтором книги «Конфликт в Украине: геополитический риск, джихадистская пропаганда и угроза для Европы» (Enigma Edizioni). Он говорит на итальянском, английском, русском, испанском и арабском языках.
Материал подготовлен Влад Кондратьев
Добавить комментарий