Каспийское измерение прогноза Российского совета по международным делам на 2018 год
Колонка редактора

Каспийское измерение прогноза Российского совета по международным делам на 2018 год

26 декабря 2017 г. редактор портала «Casp-Geo» принял участие в «городском завтраке» Российского совета по международным делам на тему «Глобальный прогноз РСМД на 2018 г.», в ходе которого публике был представлен прогнозный доклад «Внешняя политика России: взгляд в 2018 год».

В докладе отражены результаты работы проектной группы по составлению прогноза. На основе системного подхода выделены ключевые направления внешней политики России, имеющие решающее значение в 2018 году, определены ключевые угрозы и возможности для России на мировой арене. География прогноза охватывает страны Запада, АТР, Ближневосточного региона и ближнего зарубежья.

С учетом того, что страны Каспийского региона относятся к различным географическим регионам, определенным в докладе, а в происходящих на Каспии геополитических и геоэкономических процессах принимают участие такие страны, как США, Китай, Индия, Турция, страны ЕС и др., редакция нашего портала ниже приводит выдержки из доклада, касающиеся прогноза развития ситуации в регионе:

 
ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ:
ВЗГЛЯД В 2018 ГОД

Резюме доклада

Президентские выборы в России 2018 года открывают новый внешнеполитический цикл. В контексте выборов следует ожидать пересмотра подходов к основным направлениям внешней политики (при сохранении преемственности) с последующими изменениями в концептуальных внешнеполитических документах. Выборы в России так или иначе совпадают с политическими циклами в КНР, США, ряде стран ЕС и ближнего зарубежья. В международных отношениях будет нарастать эффект «оголенных проводов» или «сухого леса». Возможны кризисные сценарии в результате намеренных или ненамеренных действий отдельных стран, слабой межгосударственной координации в решении международных проблем. Ключевой задачей для России остается создание благоприятных возможностей для внутреннего развития. Продолжающаяся экономическая отсталость – растущая угроза суверенитету России, сужающая окно возможностей во внешней политике.

Ближневосточный регион для России (к которому следует относить Исламскую Республику Иран — прим. редакции)  ее союзников является источником угроз, связанных с распространением идеологии радикального исламизма. Одновременно в регионе Россия закрепляет за собой место ответственной глобальной державы, содействующей решению общих проблем в области безопасности.

В числе основных итогов 2017 г.:
• Освобождение при непосредственном участии России значительной территории Сирии от ИГ, создание условий для мирного процесса и восстановления Сирии.
• Договоренности о зонах деэскалации, недопущение столкновения России и США в Сирии, продвижение Астанинского процесса.
• Нормализация отношений с Турцией.
• Развитие отношений с Саудовской Аравией, координация взаимодействия на рынке нефти.
• Сохранение статус-кво по иранской ядерной программе.

Вместе с тем, на повестке дня сохраняется целый ряд вызовов и угроз, актуальность которых в 2018 г. будет высокой:
• Срыв мирного процесса или его стагнация из-за противоречий внутри Сирии и между внешними игроками (российско-американские противоречия, позиция Турции по курдскому вопросу, проблема влияния Ирана в регионе).
• Сохранение террористической угрозы.
• Возвращение в Россию и в страны постсоветского пространства боевиков ИГ. Активизация террористического подполья на Северном Кавказе и в Центральной Азии.
• Обострение ситуации как итог укрепления ИГ в Афганистане.
• Ухудшение ситуации в Йемене.
• Попытки военного решения ливийского кризиса.
• Угрозы выхода США из иранской сделки по ядерному оружию.

В числе возможностей на данном направлении можно выделить следующее:
• Окончательный разгром ИГ.
• Ведущая роль России в сирийском урегулировании, организация Конгресса народов Сирии, продвижение Женевского процесса.
• Запуск восстановления Сирии в партнерстве с ведущими международными организациями и объединениями.
• Развитие ВТС и торгово-экономического сотрудничества с Египтом, Ираком, Саудовской Аравией, другими партнерами.
• Диалог с Ираном, сохранение статус-кво по иранской ядерной программе.

Основными задачами на ближневосточном направлении в 2018 г. может
стать следующее:
• Укрепление позиций в Сирии с учетом перехода от военной операции к постконфликтному восстановлению страны.
• Недопущение военного столкновения в регионе, продвижение идеи региональной системы безопасности, сохранение и укрепление дружественных отношений со странами региона.
• Борьба с угрозами распространения ОМУ в регионе.
• Борьба с превращением региона в плацдарм для международного терроризма, противодействие экспорта терроризма и радикального исламизма на Северный Кавказ, в Центральную Азию.

Ближнее зарубежье (в т.ч. прикаспийские Азербайджан, Казахстан и Туркменистан) – наиболее важный для России регион с точки зрения безопасности и реализации проектов экономической интеграции. Основными итогами 2017 г. стало следующее:
• Поступательное развитие ЕАЭС: подписание Таможенного кодекса ЕЭАС, рост внутренней и внешней торговли объединения.
• Достижения в международной деятельности ЕАЭС: соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве с КНР, переговоры с Ираном, Сингапуром, Сербией, Индией, Израилем, Египтом, взаимодействие с АСЕАН.
• Сотрудничество в области безопасности по линии ОДКБ: «Запад-2017» и другие учения.
• Инициатива в миротворческой миссии на Донбассе, недопущение обострения обстановки в зоне конфликта.
• Недопущение ухудшения отношений с Арменией и Казахстаном в свете их соглашений о сотрудничестве с ЕС.
• Сохранение стабильности в конфликте вокруг Нагорного Карабаха, сбалансированное развитие отношений с Арменией и Азербайджаном.

Среди основных угроз 2018 г. на данном направлении:
• Провал или стагнация переговоров по миротворцам на Донбассе, обострение ситуации на линии соприкосновения ВСУ и сил ЛДНР, утрата внутренней стабильности в ЛДНР.
• Обострение противоречий внутри ЕАЭС (Казахстан-Киргизия).
• Угроза дестабилизации в одной или нескольких странах Центральной Азии, рост террористической угрозы в центрально-азиатском регионе на фоне возвращения боевиков ИГ, экспорт нестабильности из Афганистана вследствие укрепления ИГ в стране.
• Обострение ситуации в Нагорном Карабахе, актуализация армяно-азербайджанских противоречий в публичном пространстве и СМИ, в т.ч. с учетом столетия образования демократических республик.

В числе основных возможностей 2018 г.:
• Укрепление ЕЭАС: завершение работы над проектом правил торговли электроэнергией, формирование общего рынка воздушного транспорта, реализация плана по скоординированной транспортной политике и др., переговоры по ЗСТ с зарубежными партнерами и объединениями, накопление опыта разрешения конфликтов и споров внутри ЕАЭС, рост объемов внутренней торговли в результате экономического роста и совершенствования институтов интеграции.
• Отработка моделей неконфликтного сочетания взаимодействия с ЕС и ЕАЭС (Казахстан, Армения).
• Реализация инициативы о миротворческой миссии на Донбассе, продвижение реализации Минских соглашений
• Развитие российско-грузинского диалога, смягчение или отмена визового режима со стороны России.

Основными задачами политики в ближнем зарубежье в 2018 г. могут стать:
• Развитие привлекательных для стран СНГ моделей сотрудничества в области безопасности и экономики.
• Противодействие процессам социально-экономической и политической дестабилизации в ближнем зарубежье.
• В решении региональных проблем – поиск оптимальных путей взаимодействия с внешними игроками (КНР, ЕС, США, Иран, Турция и др.).
• Содействие разрешению конфликтов на постсоветском пространстве.

Россия и Ближневосточный регион

В 2018 г. вооруженные силы России совместно с сирийскими правительственными войсками и другими союзниками с большой вероятностью разгромят ИГ в Сирии, хотя организация и ее инфраструктура может возродиться на других территориях. Россия сохранит в Сирии военное присутствие. Башар Асад удержит свой пост в течение 2018 г. Женевский процесс, скорее всего, будет по-прежнему буксовать, но сохранится в качестве переговорного механизма. Возможно нарастание разрыва между Женевским и Астанинским процессами.

Растущее влияние на региональную стабильность окажет усиление конфронтации Ирана и США. На этом фоне Москва активизирует торгово-экономическое сотрудничество с Тегераном – проекты «Роснефти» и иранской NIOC, разработка «Газпромом» месторождения Farzad B, освоение ЛУКОЙЛом месторождений Мансури и Аб-Теймур, участие Росатома в строительстве энергоблока АЭС «Бушер» и др.

В 2018 г. состоятся парламентские выборы в Афганистане. Здесь возможно обострение ситуации и усиление присутствия американских и натовских сил. Восстановление сотрудничества России и НАТО по Афганистану крайне маловероятно.

В 2018 году состоится визит президента Турции Реджепа Эрдогана в Москву, что даст дополнительные возможности для обсуждения двусторонних отношений и ситуации в Сирии. Вероятно сохранение динамики восстановления партнерства с Турцией, хотя диалог по Сирии останется крайне непростым.

Основными задачами российской политики в регионе Ближнего Востока можно считать следующие. Недопущение крупного военного столкновения Ирана с его региональными (Саудовская Аравия, Израиль) или внерегиональными (США) противниками. Продвижение идеи коллективной безопасности в зоне Персидского залива, сохранение и укрепление дружественных отношений с основными государствами региона – как арабскими, так и другими. Борьба с угрозами распространения в регионе оружия массового уничтожения, против превращения региона в плацдарм подготовки и экспорта международного терроризма.

Россия и страны Азиатско-тихоокеанском регионе, представленные на Каспии

В 2018 г. сохранится тренд на укрепление российско-китайских двусторонних отношений. Политическая повестка будет превалировать над торгово-экономической. Россия и КНР будут выражать общие взгляды на будущее мирового порядка и сохранят солидарность по ключевым глобальным и региональным вопросам. Однако масштабных прорывов на этом направлении ожидать не стоит. Политические отношения достигли равновесной точки. Их дальнейшее углубление в сторону военно-политического союза в ближайшем году будет идти медленно.

В торгово-экономической сфере следует обратить внимание на развитие сотрудничества между КНР и ЕАЭС. Здесь возможно дальнейшее (хотя и крайне осторожное) движение в сторону ЗСТ. В двусторонних торгово-экономических отношениях динамика будет позитивной благодаря умеренному экономическому росту в России. Однако качественных прорывов здесь
ожидать вряд ли стоит.

Отношения с Индией сохранят позитивную динамику.  Активизируется диалог в энергетике, по инфраструктурным проектам «Север – Юг». Вместе с тем, как и в отношениях с другими партнерами в Азии, России придется кропотливо решать накапливающиеся проблемы. В частности, обсуждать озабоченности Индии по ситуации в Афганистане, инфраструктурным проектам на территории Пакистана, иным проблемам. Общий курс такой работы – сохранение и развитие отношений с Индией как с ключевым партнером и крупной державой, с которой у России практически отсутствуют противоречия.
В целом нарастающее давление со стороны Запада (в 2018 г. оно вполне

Россия и прикаспийские страны ближнего зарубежья

2018 год – относительно благоприятный период в развитии Евразийского экономического союза. В России наметился экономический рост, который при высокой доле российской экономики в ЕАЭС положительно скажется и на динамике ее партнеров по Союзу. Такому сценарию будет способствовать укрепление торговых связей, происходящее в последние два года.

Открытыми остаются возможности международного сотрудничества ЕАЭС. 2018 г. будет станет важным для оценки эффективности и перспектив ЗСТ с Вьетнамом. Продолжится процесс формирования ЗСТ с КНР. На повестку дня встанет взаимодействие по возможной ЗСТ с Сингапуром, Индией, Египтом, Сербией, Израилем. Однако амбициозные политические инициативы по сопряжению ЕАЭС и ЭПШП, а также партнерства ЕАЭС с АСЕАН
будут продвигаться медленно. Особенно это касается инфраструктурных проектов, которые требуют значительных финансовых вложений и длительных согласований. Вряд ли стоит ожидать прорывов на этом направлении.

В 2018 г. внутри ЕАЭС заявят о себе инициативы по сотрудничеству в области образования. Пока они вряд ли получат поддержку на межправительственном уровне из-за позиции Казахстана по этому вопросу. Однако вполне возможна реализация инициатив отдельных университетов по созданию сетевых совместных программ по вопросам интеграции. Здесь позиция Казахстана может быть гораздо гибче. Кроме того, с учетом ориентации
Астаны на англоязычный сектор мирового образования, вероятны проекты по совместному продвижению экспорта университетов государств-членов ЕАЭС на зарубежные образовательные рынки. Они также могут носить инициативный характер.

По линии сотрудничества ОДКБ в 2018 г. актуализирует деятельность рабочих групп по Афганистану и по информационной безопасности из-за роста значимости обеих проблем, а также протестирует степень реализации Стратегии коллективной безопасности ОДКБ до 2025г.

Осенью 2018 г. пройдут президентские выборы в Азербайджане. Отношения с Россией вряд ли будут центральной темой выборов, а их исход не изменит парадигму взаимодействия с Москвой. Ильхам Алиев с высокой вероятностью сохранит свой пост.

Крупным событием года станет саммит глав Ирана, РФ и Азербайджана в Москве.

Ситуация в Центральной Азии сохранит текущую конфигурацию рисков. В 2018 г. здесь не планируется президентских избирательных кампаний.

В течение января 2018 г. продолжится председательство Казахстана в Совете Безопасности ООН. Казахстанское председательство поднимет вопросы безопасности Центральной Азии, проблему водных ресурсов, ситуацию в Афганистане. Как постоянный член СБ ООН, союзник Казахстана и важный участник региональных процессов, Россия может внести вклад в обсуждение этой проблематики и поддержать повестку Казахстана.

Центральной нерешенной задачей России в отношении государств СНГ остается создание такой модели социально-экономического и политического развития, которая была бы привлекательной для наших соседей и снижала бы их стремление интегрироваться в иные геоэкономические или геополитические конструкции. Эта задача, разумеется, не может быть решена в 2018 г., но ее следует учитывать, определяя параметры социально-экономического развития страны на следующий шестилетний цикл. Не менее важным представляется противодействие процессам социально-экономической и политической дестабилизации на постсоветском пространстве, способным непосредственно затронуть интересы безопасности России.

Очевидно, что в решении этой задачи России придется активно взаимодействовать не только со странами СНГ, но и с наиболее заметными «внешними» игроками, в том числе с Китаем, Ираном, Турцией, а по некоторым вопросам – с Европейским союзом и, возможно, даже с США.

РОССИЙСКИЙ СОВЕТ ПО МЕЖДУНАРОДНЫМ ДЕЛАМ (РСМД)
www.russiancouncil.ru
№ 36 / 2017
ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ:
ВЗГЛЯД В 2018 ГОД

Декабрь 27, 2017

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ИСТОРИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ
ЗАРУБЕЖНЫЕ СМИ О КАСПИИ
Фото дня
Мы на Facebook
Facebook Pagelike Widget
Яндекс.Метрика
Перейти к верхней панели