Введение
Представители итальянской аналитической платформы Special Eurasia в прошлом месяце принимали участие в мероприятиях Ереванского диалога 2026.
Во время визита в Ереван команда встретилась с Халилом Ширголами, послом Исламской Республики Иран в Республике Армения, чье мнение важно для понимания меняющейся динамики на Южном Кавказе.
В этом эксклюзивном интервью посол оценил цивилизационную глубину ирано-армянских отношений, рассказал о стратегических амбициях, стоящих за предстоящим подписанием Соглашения о всеобъемлющем стратегическом партнерстве, и общей приверженности делу сохранения региональной стабильности в условиях меняющегося глобального давления. Он также затронул проблемы, создаваемые внешними игроками, реалии, лежащие в основе представлений международного сообщества об Иране, и экономические коридоры, которые могут изменить представление о связности территорий от Персидского залива до Черного моря.
«Таким образом, двустороннее сотрудничество строится не только на дипломатии, но и на тысячелетних культурных связях, которые продолжают влиять на политический выбор, экономические стратегии и системы региональной безопасности. Этот разговор дает ценное представление о том, каким Тегеран и Ереван видят свое будущее партнерство — основанное на стратегической ясности, взаимном уважении и общей решимости обеспечить мир и процветание для своих народов», — отмечает беседовшая с послом Сильвия Болтук, соучредитель и управляющий директор Special Eurasia.
Интервью
Ваше Превосходительство, дипломатию часто рассматривают через призму договоров и границ, но по сути своей отношения между Ираном и Арменией — это мост между двумя тысячелетними культурами, которые сосуществовали и обогащали друг друга на протяжении веков. Как в эпоху стремительных глобальных изменений и внешнего давления вы можете использовать эту глубокую историческую и культурную связь, чтобы ваши двусторонние отношения оставались не просто политической необходимостью, но и живым примером цивилизационной солидарности для всего региона?
Как вы отметили, отношения между странами могут строиться на разных принципах или логиках: на договорной, конвенциональной или цивилизационно-культурной. Отношения между Ираном и Арменией, как вы правильно заметили, основаны на цивилизационной и культурной связи между двумя народами, которая уходит корнями в глубокую древность.
Эта цивилизационная связь или общность выводит отношения за рамки мимолетных или краткосрочных интересов и создает связи или причины, которые придают отношениям глубину. Это означает, что отношения развиваются в контексте исторической и цивилизационной общности, которая может служить образцом для отношений Ирана с другими странами региона, в том числе на Южном Кавказе.
Кроме того, это помогает превратить историческую и цивилизационную солидарность в потенциал для более тесной интеграции и сотрудничества, обеспечивая более глубокую реализацию взаимных интересов обеих сторон — двух государств и стран, которые должны работать сообща, — в этом контексте, что в конечном итоге принесет им долгосрочную выгоду.
Ваше Превосходительство, Иран и Армения имеют общую границу, которая не просто существует уже много веков, но и служит оплотом стабильности в условиях региональной нестабильности. Обе страны готовятся к подписанию Соглашения о всеобъемлющем стратегическом партнерстве в 2026 году. Как, по вашему мнению, этот документ поможет превратить ваши отношения из «добрососедской поддержки» в по-настоящему интегрированный стратегический альянс на ближайшие 50 лет?
Послушайте, отношения между Ираном и Арменией особенные и уникальные; они многогранны и развиваются по разным направлениям. В то же время наши отношения достигли такого уровня зрелости, что нам нужен документ, который даст долгосрочное и стратегическое определение этим отношениям и, по сути, институционализирует их.
Документ о всеобъемлющем стратегическом партнерстве разрабатывается с этой целью: он должен стать дорожной картой для развития отношений на ближайшие десятилетия. Его задача — определить различные аспекты отношений в долгосрочной и стратегической перспективе, чтобы политики и государственные деятели обеих стран знали, какова дорожная карта, ориентиры и высокие цели на пути развития ирано-армянских отношений. Таким образом, отношения между нашими странами могут выйти за рамки простого соседства и стать структурой, основанной на стратегическом мышлении и долгосрочных целях во всех сферах взаимодействия.
Иран четко обозначил свои «красные линии» в отношении геополитических изменений и суверенитета границ на Южном Кавказе. Как в контексте инициативы «Перекресток мира» Армения и Иран могут сделать так, чтобы новые транзитные маршруты способствовали процветанию региона, а не становились проводниками влияния внешних сил, которые могут не разделять интересы вашего региона?
Да, Иран ранее четко обозначил свою красную черту в отношении любых геополитических и территориальных изменений в регионе Южного Кавказа. Любая инициатива, которая будет реализована в регионе, должна учитывать тот важный факт, что геополитические и территориальные изменения неприемлемы».
Присутствие в регионе нерегиональных и внешних игроков, а также цели и интересы, которые они преследуют, не обязательно ведут к миру, процветанию и развитию. Это может превратить регион в поле разрушительной, негативной конкуренции и привести к глубоким разногласиям между региональными игроками и странами.
Таким образом, в рамках любой инициативы, касающейся транзита и транспортных коридоров в регионе, необходимо учитывать сложившуюся ситуацию, интересы внутрирегиональных игроков и четко определять формы сотрудничества внутрирегиональных игроков в рамках программ развития, в том числе в области транзита и транспортного сообщения.
Кроме того, необходимо предотвратить возможность использования новых возможностей в целях безопасности внерегиональными игроками. Это красная линия для Ирана.
В то же время, хотя Иран считает, что большая открытость и взаимосвязанность могут способствовать развитию региона Южного Кавказа, он твердо убежден, что эти важные соображения обязательно должны быть приняты во внимание».
В западных СМИ Иран часто изображают в весьма специфическом свете, однако его дипломатическое присутствие в Ереване свидетельствует о политике прагматизма и региональной интеграции. Как профессиональному дипломату вам удается преодолевать разрыв между этими международными представлениями и реальной картиной ирано-армянского дружественного сотрудничества?
Реальность такова, что дезинформация, ложные представления и кампании по дезинформации в отношении Ирана уже давно ведутся и не прекращаются. Реальность Ирана и его политики игнорируется. В контексте отношений нашей страны с Арменией, которые, как вы отметили, характеризуются прагматизмом и стремлением к региональной интеграции, Тегеран придерживается такого же подхода в отношениях со всеми своими соседями.
Политика добрососедства является центральным элементом внешней политики Ирана. К сожалению, ошибочные представления других стран или их неправомерные интересы, направленные на создание региональных разногласий и разжигание вражды между региональными игроками, являются неблагоприятным и негативным явлением, которое усугубляет противоречия и создает проблемы в отношениях между странами.
Отношения между Ираном и Арменией строятся на реалиях, исторических и цивилизационных связях, высших интересах и выгоде для двух народов, а также на геополитической территориальной географии. Что бы ни думали по этому поводу другие, эта история продолжает развиваться, и у нас есть серьезные планы по ее углублению в будущем.
В условиях высокой волатильности мировой экономики, вызванной недавними конфликтами, транспортный коридор «Север — Юг» и схема «газ в обмен на электроэнергию» стали жизненно важными направлениями. В прошлом году в рамках «Ереванского диалога — 2025» также было выдвинуто предложение о создании транзитного коридора, соединяющего Иран с Чёрным морем через Армению. Помимо этих существующих проектов, какие, по вашему мнению, «новые рубежи» экономического сотрудничества могли бы сделать армяно-иранское партнёрство более устойчивым к внешнему экономическому давлению?
Да, между Ираном и Арменией есть значительные возможности для сотрудничества, которые пока не задействованы и могут быть поставлены на повестку дня. Одна из самых важных таких возможностей в рамках разблокировки маршрутов как по направлению Восток — Запад, так и по направлению Север — Юг — это железнодорожное сообщение между Ираном и Арменией через Джульфу, Нахчыван и Ереван, а также его продолжение до Грузии и черноморских портов». Это может стать масштабным проектом в рамках одного из ответвлений коридора Север — Юг, который позволит соединить Персидский залив и Оманское море с Черным морем.
Индия подписала соглашение о свободной торговле с Европейским союзом, в котором участвуют два миллиарда человек, и транзитные возможности Ирана, Армении и Грузии могут обеспечить значительную часть этой торговли. Таким образом, если мы сможем задействовать транзитные возможности между Ираном, Арменией и Грузией, это принесет огромную выгоду всем трем странам.
Некоторые формы экономического давления или незаконные экономические санкции в отношении Ирана существовали и сохранялись десятилетиями, однако в то же время страны региона осознали, что они должны отстаивать интересы своих народов независимо от давления той или иной стороны и стремиться получить максимальную выгоду для своих стран.
Учитывая травмы, нанесенные недавними войнами в этом регионе, что бы вы сказали армянам и иранцам, которые стремятся положить конец череде конфликтов? Как иранская концепция формата «Региональные 3+3» может способствовать установлению мира?
Усилия Ирана и его важнейший приоритет заключались в том, чтобы агрессивная война, развязанная против нашей страны, не оказала негативного влияния на регион наших северных границ и Южный Кавказ. Учитывая важность, которую мы придаем интересам и благополучию наших соседей, все усилия Ирана были направлены на то, чтобы эта война оказала минимальное негативное влияние на Южный Кавказ.
Мы сообщили об этом нашим армянским друзьям и приложили все усилия, чтобы взаимодействие между двумя странами, приграничное сообщение и взаимные поездки по возможности не прерывались. Тегеран никогда не стремился к войне и конфликтам, не стремится и сейчас. Иран подвергся агрессии и защищал себя.
Тегеран всегда был готов следовать логике дипломатии в рамках равноправных отношений. Эта политика остается неизменной, и если бы не чрезмерные требования со стороны США, у нас была бы возможность установить мир. Однако независимо от того, будет ли достигнут устойчивый мир, безопасность региона Южного Кавказа и безопасность Армении остаются для нас важным и неотъемлемым приоритетом.
Подготовил Влад Кондратьев
Добавить комментарий