Управляющий директор аналитической интернет-платформы из Италии – портала «Special Eurasia», Сильвия Болтук проанализировала результаты проведения в ноябре 2025 года 3-го Астраханского международного форума «МТК «Север-Юг» — новые горизонты. Быстрый доступ к премиальным рынкам Ирана, Ирака, Афганистана, Ближнего Востока, Восточной Африки и Индии».
Особое внимание автора привлекло предложение России об упрощении импорта и экспорта из Афганистана через Астрахань, которое может укрепить влияние России в Центральной и Южной Азии, повысить экономическую безопасность и расширить евразийские связи, а также позволит противостоять региональным инициативам конкурирующих держав.
Справочная информация
3-й Астраханский международный форум, под названием «МТК «Север — Юг» — новые горизонты. Быстрый доступ к премиальным рынкам Ирана, Ирака, Афганистана, Ближнего Востока, Восточной Африки и Индии» прошёл в Астрахани в ноябре 2025 года.
На полях форума власти Астраханской области встретились с Чрезвычайным и Полномочным Послом Исламского Эмирата Афганистан в Российской Федерации Мавлави Хасаном Гулом Хасаном. В ходе встречи власти Астрахани предложили позиционировать регион как транспортно-логистический хаб для экспорта и импорта из Афганистана.
Стороны также обсудили возможность транзитных поставок в Афганистан не только из России, но и из Беларуси. Такие цепочки поставок уже действуют для ряда стран Азии и Персидского залива. По мнению российских представителей, агропромышленный сектор Астраханской области может внести свой вклад в обеспечение продовольственной безопасности Афганистана.
Мавлави Хасан Гуль Хасан выразил заинтересованность Афганистана в присоединении к Международному транспортному коридору «Север — Юг» и в налаживании сотрудничества с партнёрами по маршруту. Он также подчеркнул заинтересованность Афганистана в привлечении иностранных инвестиций и разработке совместных проектов с российскими компаниями.
В более широком смысле форум был посвящен расширению торговли и грузооборота с рынками Ближнего Востока, Восточной Африки и Индии, которые считаются новыми или недостаточно развитыми для российской торговли.
В мероприятии приняли участие более 400 предпринимателей, государственных служащих и экспертов из России, Ирана, Афганистана, Ирака, Туркменистана, Казахстана, Объединенных Арабских Эмиратов, Омана, Турции, Танзании, Катара, Индии, Шри-Ланки, Индонезии, Эфиопии и других стран. В рамках программы делегации посетили более пяти действующих портов и терминалов в Астраханской области.
Астрахань и расширение устойчивых к санкциям торговых коридоров
Указом президента России поставлена задача увеличить к 2030 году объёмы перевозок по международным транспортным коридорам как минимум в 1,5 раза по сравнению с уровнем 2021 года за счёт повышения глобальной конкурентоспособности. Астрахань исторически выполняла роль главных восточных торговых ворот России и является местом расположения стратегически важного межрегионального участка Международного транспортного коридора «Север — Юг».
Местный судостроительный сектор вносит свой вклад в модернизацию флота, в том числе за счёт новых возможностей в строительстве транспортных и дноуглубительных судов. Кроме того, верфи предоставляют услуги по ремонту для российских операторов и компаний из других регионов Каспийского бассейна. Благодаря этой совместной деятельности расширяется региональная грузовая база. Центральную роль в этом процессе играет Каспийский кластер, объединяющий промышленные и портовые особые экономические зоны.
Особое стратегическое значение имеет Волго-Каспийский судоходный канал, который соединяет Волгу с портами Каспийского моря и обеспечивает дальнейший доступ к бассейнам Чёрного и Балтийского морей. В результате модернизации портовой инфраструктуры и формирования Каспийского кластера грузооборот морских портов в 2023–2024 годах увеличился вдвое и превысил 6 миллионов тонн.
В Каспийском бассейне Исламская Республика Иран в настоящее время является одним из основных партнёров региона. Россия может извлечь выгоду из успешного партнёрства с иранскими компаниями, которые превратили российские каспийские порты в продуктивные торговые центры, и воспроизвести эту модель в отношениях с Афганистаном. Дмитрий Биричевский, директор департамента экономического сотрудничества Министерства иностранных дел России, назвал МТК «Север — Юг» ключевым инструментом экономической безопасности, отметив, что его маршрут через дружественные государства снижает подверженность геополитическим рискам.
Развитие коридора рассматривается как основной фактор экономического роста в Каспийском регионе в ближайшие годы. К 2030 году общий объём грузоперевозок может достичь 46 миллионов тонн.
Благодаря своему географическому положению Афганистан является важнейшим транзитным узлом, соединяющим Центральную Азию с портами Южной Азии и обеспечивающим расширенный доступ к морю через Пакистан и Иран. После недавней эскалации конфликта с Пакистаном Кабул переориентирует свои экономические и логистические связи на Иран и выстраивает их в соответствии с формирующейся евразийской торговой архитектурой, возглавляемой Китаем и Россией. Так называемый Кабульский коридор пересекается с развивающимися маршрутами, такими как Международный транспортный коридор Север — Юг и Китайско-пакистанский экономический коридор Пекина, что потенциально позволяет России обходить торговые пути, контролируемые Западом, которые в настоящее время ограничены санкциями.
Геополитический сценарий
Август 2021 года ознаменовал начало новой геополитической игры в Афганистане и по всей Евразии с участием как региональных, так и внерегиональных держав, в частности России, Китая, США и Турции.
В отличие от России и в соответствии с позицией своих партнёров по НАТО, Турция официально не признала правительство «Талибана» де-факто. Тем не менее Анкара остаётся единственным членом НАТО, поддерживающим дипломатические отношения с «Талибаном» и сохраняющим присутствие на местах.
Администрация Эрдогана стремилась установить контроль над международным аэропортом Кабула, сохраняя хрупкий баланс в отношениях с «Талибаном», узбекско-афганским лидером Абдулом Рашидом Дустумом, который обвинил «Талибан» в том, что он является основным источником нестабильности и социальных проблем для афганского населения, а также с Гулбуддином Хекматияром, одним из самых влиятельных полевых командиров Афганистана и лидером «Хезб-и Ислами». В то время как участие Турции по-прежнему имеет ярко выраженную идеологическую подоплёку, подход России более прагматичен и ориентирован на инвестиции.
После провозглашения Исламского Эмирата Афганистан под руководством «Талибана» в июле 2025 года несколько государств Центральной Азии, следуя официальной политике России, установили отношения с властями Кабула. Например, Кыргызстан открыл торговый дом в афганской столице.
Совсем недавно российские и афганские СМИ сообщили, что транспортный самолет C-17A ВВС США приземлился на авиабазе Баграм впервые с момента вывода войск в 2021 году, на борту которого, предположительно, находились высокопоставленные сотрудники Центрального разведывательного управления. Хотя эта информация остается спекулятивной, сообщения о потенциальной активизации присутствия американской разведки совпали с неоднократными призывами Дональда Трампа к Соединенным Штатам восстановить контроль над авиабазой Баграм, а также с изменениями в политическом и экономическом ландшафте Афганистана.
Обеспокоенный возможным возобновлением присутствия США, Китай пригласил муллу Якуба Муджахида, министра обороны «Талибана», в Пекин для обсуждения расширения сотрудничества.
В этой сложной обстановке Кремль расширяет своё влияние в первую очередь за счёт экономической повестки. Несмотря на публичное выражение обеспокоенности по поводу безопасности и стабильности при правлении талибов — учитывая, что в Афганистане по-прежнему находятся около 23 000 международных террористов, связанных с различными группировками, включая «Вилаят Хорасан» (ISKP), — Москва наращивает присутствие российских корпораций в афганской экономике.
«Талибан» недавно пригласил российские компании инвестировать в горнодобывающую отрасль страны. Этот шаг может привлечь столь необходимый капитал в экономику, которая сильно пострадала от санкций. Такое развитие событий свидетельствует о способности Москвы бросить вызов интересам США и Китая в Афганистане, особенно учитывая участие Китая в горнодобывающем секторе.
С экономической точки зрения сохраняющаяся нестабильность по-прежнему сдерживает инвестиции и препятствует торговле, поскольку предприятия вряд ли будут работать в Афганистане без гарантий защиты от террористических атак. Терроризм служит для России как оправданием для более активного участия, так и сдерживающим фактором для реализации её амбиций.
Москва утверждает, что западные санкции мешают Кабулу бороться с группировками боевиков, и в то же время ссылается на террористическую угрозу, чтобы оправдать более тесное сотрудничество в сфере безопасности. Государства Центральной Азии по-прежнему разделены: некоторые опасаются, что взаимодействие России с «Талибаном» может усилить активность боевиков у их границ, в то время как другие извлекают выгоду из сложившейся ситуации, расширяя логистическое и торговое сотрудничество с властями «Талибана».
Стратегическая оценка
В нынешних евразийских геополитических условиях предложение сделать Астрахань транспортно-логистическим хабом для Афганистана приобретает стратегическую значимость, выходящую далеко за рамки непосредственной экономической выгоды. Это согласуется с более масштабными усилиями России по укреплению влияния в евразийских инфраструктурных сетях при одновременном смягчении геополитических ограничений, проблем в сфере безопасности и ограничений, связанных с санкциями.
Во-первых, инициатива Астрахани полностью соответствует долгосрочной цели Москвы по переориентации торговых и транзитных потоков с коридоров, контролируемых Западом на альтернативные, политически надёжные маршруты. Будучи ключевым узлом Международного транспортного коридора «Север — Юг», Астрахань предлагает России контролируемый доступ на рынки Ирана, Южной Азии, Ближнего Востока и Восточной Африки, укрепляя при этом роль России как центрального организатора евразийских торговых потоков.
Акцент на продовольственной безопасности и транзитной логистике особенно важен, поскольку он позволяет России оказывать влияние с помощью по сути невоенных стабилизирующих механизмов, снижая репутационные и политические издержки и усиливая зависимость.
Роль Астрахани как логистического центра позволяет России извлекать выгоду из географического положения Афганистана, не беря на себя полную ответственность за его внутреннюю нестабильность. Афганистан выступает в качестве транзитного узла, позиционируя Москву как системного координатора, а не игрока в одном секторе, что усиливает её позиции на переговорах с Кабулом и региональными заинтересованными сторонами, позволяя при этом избегать прямого вмешательства в вопросы безопасности.
Кроме того, это предложение усиливает руководящую роль Кремля в Каспийском регионе. Привязывая афганский транзит к Астрахани, Москва укрепляет Каспийский кластер как незаменимую платформу для евразийских связей. Это имеет и второстепенные последствия: укрепляет сотрудничество с Ираном, стимулирует участие Центральной Азии и повышает экономическую значимость Волго-Каспийского транспортного коридора, тем самым ещё больше привязывая региональных игроков к инфраструктуре, управляемой Россией.
Наконец, с точки зрения стратегического сигнала инициатива в Астрахани демонстрирует способность России превратить геополитические потрясения в структурное преимущество. В то время как западные санкции, региональная нестабильность и борьба за влияние в Афганистане создают неопределённость, Москва предлагает последовательное инфраструктурное решение, объединяющее торговлю, безопасность и дипломатию. Это повышает доверие к России как к долгосрочному евразийскому посреднику, способному формировать результаты с помощью налаживания связей, а не принуждения.
Заключение
Взаимодействие Кремля с «Талибаном» свидетельствует об изменении его внешней политики после событий на Украине, направленном на получение стратегического преимущества в незападных регионах.
Участие российского бизнеса в экономике Афганистана, особенно в крупных промышленных районах, может способствовать достижению внешнеполитических целей Москвы в регионе, а также позволит «Талибану» расширить свою экономическую базу и заручиться финансовой поддержкой для смягчения последствий глобальных санкций.
Важность астраханского предложения заключается не в его непосредственной коммерческой выгоде, а в его функции стратегического узла в более широкой евразийской архитектуре России. Оно позволяет Москве косвенно усиливать своё влияние в Афганистане, укреплять Международный транспортный коридор «Север — Юг» как устойчивый к санкциям коридор, противодействовать инициативам конкурирующих держав и укреплять свою роль в качестве центрального организатора евразийского экономического пространства, тем самым выступая в качестве буфера для государств, находящихся под санкциями, таких как Иран, и сдерживая экспансию Китая.
Подготовил Влад Кондратьев
Добавить комментарий